Мне не доводилось прежде встречаться с Павлом Андреевичем Щербинко. Да и теперешняя наша встреча оказалась мимолетной: человек занят, переправляет за реку полк, не будешь же отрывать его от дела, выспрашивать, кто как в полку воюет, кто уже успел отличиться в боях на Днепре, каковы успехи и недостатки партийно-политической работы. Конечно, получить ответы на все эти вопросы от командира полка было бы неплохо, однако - не время. Впрочем, мне уже кое-что известно из политдонесений начпокора 23-го полковника А. И. Романова. Некоторые подразделения полка отличились в боях еще в районе урочища Керосиновщина: там артиллеристы - истребители танков захватили в качестве трофея целехонькую самоходку "фердинанд" с боеприпасами. Командир полка П. А. Щербинко в этой самоходке проехал по переднему краю противника, вывел из строя несколько фашистских орудий, минометов и пулеметов. Я, помнится, приказал кому-то из работников политотдела выяснить подробней, при каких обстоятельствах была захвачена немецкая самоходка: "фердинандов" в ту пору в полосе наступления армии попадалось не так уж много.

Надолго врезался в память еще один боевой эпизод, о котором сообщал полковник А. И. Романов. В районе крупного населенного пункта Олешня немцы контратаковали наши войска несколькими батальонами пехоты при поддержке 60 танков. Батарейцы действовали в боевых порядках стрелковых подразделений. Они открыли дружный огонь по танкам, несколько машин подожгли, остальные заставили повернуть назад. А когда немецкая пехота осталась без танковой поддержки, Щербинко поднял в атаку артиллеристов четырех своих батарей. Преследуя противника, они огнем автоматов и винтовок уничтожили несколько десятков гитлеровцев. Случай этот как нельзя лучше характеризовал командира полка, человека железной выдержки и отчаянной смелости.

Позже, когда бои за плацдарм подходили к концу, из реляции на звание Героя Советского Союза мне стали известны еще некоторые детали боевой биографии Павла Андреевича Щербинко, украинца по национальности, москвича по довоенному месту жительства. Четырнадцатилетним пареньком он увязался за красными конниками, вместе с ними почти четыре года сражался против интервентов и белогвардейских банд, пока не был ранен. Службы в армии не оставил. Бывший конник стал командиром-артиллеристом. С первых дней Великой Отечественной войны - снова на фронте. Повидал всякое, пять раз был ранен, но трудности только закалили характер, укрепили командирскую волю. Доблесть его еще до боев за Днепр была отмечена орденами Красного Знамени и Отечественной войны.

На букринском плацдарме солдаты и офицеры противотанкового истребительного артиллерийского полка под командованием подполковника П. А. Щербинко вновь проявили отвагу и высокую боевую выучку. Они ежедневно отражали до десятка вражеских контратак. Достаточно сказать, что за десять дней упорнейших боев только 1-я батарея артполка, которой командовал тогда старший лейтенант Федор Деркач, вывела из строя 11 вражеских танков, разбила 12 автомашин с живой силой и боеприпасами, подавила 16 пулеметных точек.

Был случай, когда на правом берегу Днепра гитлеровцы окружили четыре наших "катюши". Туго пришлось бы ракетчикам, не окажись поблизости артиллеристы противотанкового полка. Первым заметил беду сержант Андрей Зеленин, в прошлом колхозник с Рязанщины. Не дожидаясь указаний, он приказал своему расчету выкатить орудие на прямую наводку и открыл огонь. Метко посланные снаряды сделали свое дело: более трех десятков фашистов было уничтожено. Это дало возможность ракетчикам выбраться из вражеского кольца. Но, выручив боевых друзей, сами артиллеристы попали в переплет. В пылу боя они не заметили фашистов, зашедших с фланга. Андрей Зеленин и тут быстро сориентировался. Круто развернув пушку, он встал за наводчика и в упор ударил по вражеской цепи. Несколько точных выстрелов, и в кольце гитлеровцев образовалась брешь. Артиллеристы вместе с орудием прорвались к своим.

Все это было позже, за Днепром, а пока подполковник П. А. Щербинко занимался переправой своего полка. С правого берега гитлеровцы методически обстреливали реку и район переправы. То и дело над серовато-стальной гладью воды поднимались фонтаны разрывов. Время от времени снаряды и мины с оглушающим грохотом взрывались на берегу. Но командир полка оставался спокойным, без суеты отдавал распоряжения, иногда сам брался за колесо пушки, помогая бойцам погрузить ее на плот, давал советы, как поступить, если плот попадет под огонь.

– Плавать умеете? - спрашивал Щербинко бойца. - Нет? Ну это ничего. Не теряйтесь и шума не подымайте. Хватайтесь за бревно и держитесь, а там товарищи помогут. Главное, не паниковать, паника на воде - верная гибель...

Наблюдая, как действует подполковник Щербинко, я невольно вспомнил фразу, встретившуюся мне в одной из статей: "Командир с комиссарской душой". Фразу эту я посчитал когда-то высокопарной. И только теперь, на берегу Днепра, до меня дошел ее подлинный смысл: она точно выражала самую суть таких людей, каким являлся командир полка Щербинко...

В ожидании генерала Н. Е. Чувакова веду неторопливую беседу с отдыхающими тут же неподалеку саперами. Каждый из них в тот темный осенний вечер уже по два-три раза побывал на противоположном берегу, выполняя обязанности либо гребца, либо плотогона. Теперь в лодках и на плотах другие саперы, их сменщики, а эти получили непродолжительную передышку.

Над правым берегом вспыхнула ракета. В ее отблеске вижу среди отдыхающих знакомых саперов. Это - солдаты и сержанты 91-го армейского инженерного батальона, в котором я неоднократно выступал с лекциями и докладами. Узнаю старшего сержанта 2-й роты коммуниста Михаила Будугая. Он как-то говорил мне, что в саперы попал случайно. Никакой инженерной специальности раньше не имел - до войны был начальником пожарной охраны в Сухуми. Саперному делу научила его война, и теперь Будугай не только искусно владеет топором и пилой. Он одним из первых форсирует водные рубежи, ведет инженерную разведку и, кроме всего прочего, умело командует отделением. Узнаю рядового Владимира Гвандзеладзе. Этот не в меру горяч и резок, но в батальоне на хорошем счету. Недавно принят кандидатом в члены партии. Узнаю громоздкого, чуть сутуловатого сержанта Феофана Васильева. Он тоже из 2-й роты, тоже отличный сапер, орденоносец...